Белинский Виссарион Григорьевич, живший с 1811 по 1848, был признанным и поистине великим литературным критиком. Родился он в семье простого флотского врача, позже ставшего уездным лекарем, поэтому сам мальчик был разночинцем. Всё раннее детство прошло в небольшом городе Чембаре, расположенном в Пензенской губернии. Буйный нрав будущего "неистового Виссариона" сложился из-за непростых характеров немногочисленных родственников, отец был прямолинейным и суровым мужчиной, мать отличалась бешеным нравом, а дед мальчика был священником с очень сильными убеждениями в вере.

рекомендуем сервисный центр

Начальные этапы обучения проходили в Чембарском училище. Юный ученик вовсю увлекался Крыловым, Карамзиным, Херасковым, Державиным и др. После последовала смена училища на Пензенскую гимназию в 1925 г., где Белинский начинает увлекаться ещё и Пушкиным, и Жуковским. Уже в это время проявляется гениальность мысли мальчика, поражая окружающих.

Решившись на отчаянный шаг, Виссарион бросает гимназию и поступает в 1825 г. Московский университет, несомненно, выбирая словесный факультет. В 1830 г. им была написана повесть "Дмитрий Калинин", но произведение не отличается художественной гениальностью и в политическом смысле выставляет Б., как несколько наивного и глупого мальчика. Но всё же там встречается явный протест против крепостного права и угнетения крестьян.

В Московском университете произведение Б. восприняли оскорбительно и даже поступали угрозы об отчислении, драма провалилась с треском, многие посчитали повесть безнравственной и ужаснейшей во всех смыслах. Вслед за этим в 1832 г. Белинского исключают из университета, явно ища причину для этого, причина нашлась. Виссарион болел в это время и пропустил экзамены. Б. остается совершенно один, нигде не видя поддержки и даже средств для существования. Но имея буйный нрав, он не растерялся, знакомясь с Надеждиным, издававшим "Молву" и "Телескоп", в 1834 г. критик приносит в редакцию свои "Литературные мечтания", которые вскоре опубликовывают.

Бурно растёт известность Белинского. С 1834 г. критик в течение двух лет работает в "Телескопе" и "Молве", после, в 1838-1839 гг. Появляется в "Московском наблюдателе", с 39 года по 46 - в "Отечественных записках" и, наконец, в 1846 два года работает в "Современнике". Но даже постоянная работа не приносит нужного дохода, и Б. живёт бедно, хотя другим критикам повезло больше. Б. погряз в долгах, бедная обстановка и тщётность бытия мешали работать критику. Именно плохое материальное положение и свело его в могилу раньше, чем нужно было.

Жизнь Б. протекала тогда, когда крепостное хозяйство только началось рушиться, понемногу самоустраняясь и приходя в упадок. Капитализм всё глубже проникал в страну, а промышленность начинала разрастаться, несмотря на малое количество желавших этим заниматься. Всё чаще слышались агитации на тему социализма, многие секретные кружки думали о революции, строили планы, вспоминая декабристов. Интеллигенция еще не пришла в упадок, основная часть жила мечтами об идеальном мелкобуржуазном обществе в среде социализма, главным был Петрашевский. Б. тоже имел отношение ко всему этому, поэтому за ним следило Третье отделение Императорской канцелярии.

Критик мыслил явно не так, как это нужно было государству. В его высказываниях чувствовалась ясная оппозиция, протест против режима и крепостного права. Б. мог доверять только себе, в какой-то мере его поддерживал народ. Но народ оставался необразованным и какой-то мере очень глупым, требовалось немедленное просвещение. Одному это не провернёшь, а союзников Б. найти не мог, сам же народ был очень неточной массой, которая неспособна обустроить всё самостоятельно. На дворян смысла смотреть не было: этот пласт общества скоро зачахнет. Надежда была только на нелюбимую Белинским буржуазию. Виссарион понимал: именно за ней стояло будущее, культурное, социальное и материальное. Но где же найти этих людей? Малая буржуазия только развивалась, необходимо было также устранить мнение о самобытности России.

На первый взгляд, Б. был настоящим борцом, политическим вождём, но в действительности своё мнение он мог высказывать только в написанной литературе, так как остальное бы уже вызывало подозрения и осуждение со стороны правительства в больших маштабах. Несмотря на осторожность, Третье отделение всё же следило за критиком, безнадёжность идей угнетали Б. Но критик всё равно пытался донести своё мнение до народа, продвигая свои мысли в сочинениях. Ему была до глубины души близка и дорога русская литература, но не потому что она просто есть, а потому что в ней выражались мысли, показывались настоящие чувства, переживания отдельных людей и общества в целом. Литература как бы служит народу, служит во имя народа.

Литературный путь Б. был долгим, он прошёл тернистую дорогу от идеализма к материализму, критик просвещал людей, потому что это была его миссия, размышлял на темы мысли, разума и существования человека, в некоторые времена даже обращаясь к марксизму. О том, что Белинский внёс огромный вклад в историю литературы писали многие, Плеханов считал его гениальным социологом, ведущим людей на правильный общественный путь, он понимал, что Б. мыслит так, как это было необходимо, но ничего не может воплотиться из-за отсталости народа и его несамостоятельности.

Во многом Б. был последователем Шеллинга, с которым познакомился в кружке Станкевича. Б. считал, что мир есть "дыхание вечной идеи", жизнь тоже являлась даром, а человек только и должен, что понять замысел божества и осуществить его. Искусство же являлось посредником между человеком и "идеей", оно давало возможность увидеть многое, осознать через творчество истинный смысл существования. Читатель мог бы увидеть весь мир и его суть, все мелкие детали через произведение, как через уменьшающую линзу. Всё собирается в одно и предстает перед человеком в правильном свете.

Появляется момента, когда Б. находит изменения в русской критике. Теперь критика не есть указание на ошибки и недостатки, критика становится целым взглядом на жизнь, стремящимся спасти и обезопасить общество. Критик начал сближать общество и литературу как понятия и немного расслабился в своём политическом стремлении, забывшись в идеи "божественности", он будто отдал управление миром и русской историей именно ей. Провозгласив реальность ничтожеством, ужасом, он объявил реальностью другую жизнь, жизнь утопическую. Критик окончательно запутался в суждениях, теперь он видел задачу комедии не обнажить пороки общества и исправить их, напутствуя читателям замечать плохое и исправлять его, а лишь показать борьбу добра со злом. Б. ищет неизвестный "пульс вселенной" и какой-то высший смысл в литературе, совсем забывая о прочих аспектах.

Но бойкий характер всё же не угасает в слегка расслабившемся Б.. Критик вновь пишет о борьбе, шеллингианство проявляется в "Литературных мечтаниях" 1834 г., "О русской повести и повестях г. Гоголя" и других произведениях.

Противостоящий другим нрав Б. всё же не утихомиривался в примеренной обстановке, однако он всё же очень страдал от положения русского общества. Противоречия внутри критика навели его на философию Фихте, тогда Б. еще больше углубился в суждениях о божественной идеи и ее значения для человека, о миссии самой персоны. Все суждения его объясняются только его мнением потому что Б. думает, коль "умозрение верно, то и опыт непременно должен подтверждать его". Именно от таких суждений появляется мысль о том, что поэзия - неосознанная передача воли творца. Для русского народа требуются лишь определённые условия для познания этого замысла духа, таящегося в характере литературы, но из-за угнетения народа таков расклад невозможен, поэтому эти "цепи" нужно устранить. Как? Лишь просвещением народа и передачей ему необходимых знаний. Поспешные выводы вынудили его обратиться к верхушке государства, но позже, когда его мнение по этому поводу изменилось, этим должна была заниматься критика. Критика имела для Б. роль гувернера, направляющего людей.

рекомендуем сервисный центр

Вскоре желание поднять духовный уровень народа вызвало появление реализма. Б. особенно выделял и хвалил Гоголя в этом направлении. Б. также считал, что в критике должен быть оттенок истории и публицистики, помогающей людям. И всё же, идеологическая философия не способна помочь Б. познать сущность народа и искусства, взаимодействия этих двух сил. Только мысль и чувство он наблюдает в творчестве Шиллера.

Идеологическая философия стала причиной множества путаниц в головах людей, но Белинский не поддался сетям только из-за его глубоких мыслительных способностей и сильных убеждений, заключавшихся в борьбе с ненавистной ему структурой общества и его порядком, даже если это делалось из-за пресловутого идеала. Действительность стала главной составляющей во взглядах Белинского, но внутри этой системы совершался конфликт между этой главной составляющей и духовными стремлениями автора. Реальность подменялась словами о вечной божественной идее, хоть это и было лишь этапом к чему-то другому. Критик спрашивал у себя о реальность как понятии, о ее роли и значении в общественном существовании, роли в отдельно взятой личности. Б. больше не волнует происхождение этой реальности, главный интерес вызывает отношение общества с реальностью, их взаимодействие, из размышлений о котором вытекает вопрос о разуме всего насущного.

Б. знакомится с философскими учениями Гегеля благодаря Бакунину, после ознакомления критик обнаруживает выход из сомнений, терзающих его. Тезис "что разумно, то действительно, что действительно, то разумно" засел в его уме, примерив Б. с действительностью и ее проблемами. Критик занялся поиском гармонии. Гегельская философия утверждала, что "всемирный дух постоянно идёт вперёд", что все принципы и справедливость потеряли цену, а личные стремления не имеют смысла, потому что провалятся. Гегель воспринимал действительность в качестве чего-то более высокого, чем существование, она стала тем самым проявление духа, всемирного и вечного. Не философия Гегеля являлась кроме диалектической системы еще и так называемой "абсолютной правдой", ну или стремилась ею быть.

Из-за идеалистического фундамента системы возникали моменты, увлёкшие Гегеля в сторону консерватизма, запутавшие его окончательно. Такая позиция диалектики Гегеля, конечно, опередила Шеллинга и Фихте, но Белинский не смог до конца разобраться в ней. Теперь же действительность предстала перед ним в виде духа, открывающимся себе лично, Б. оправдал русскую действительность, так долго мучавшую его, заявив, что всё не случайно и что каждое человеческое действие решается за него, кто-то уже решил все задолго до исполнения его воли. "Человек чувствует, мыслит, сознает себя органом, сосудом духа конечного, частностью общего и бесконечного — это мир действительности". Окончательно погряз Б. в мыслях о предрешённости, всё дошло то того, что в статьях "Бородинская годовщина" и "Очерки Бородинского сражения" 1839 г. писал, что нужно гордиться любовью к царю, ведь тот является наместником божьим и исполняет лишь то, что хочет творец, выполняет "священную волю". Царская власть в понимании Б. теперь представлялась в качестве "довременного разума".

Критик утверждал, что роль художественного произведения только мысль, правильно изложенная в словах. Идея воспринималась как нечто полное и всеобъемлющее,, она могла уложиться только в определённый вид произведения.Форма созданного не должна отделятся от мысли, вложенную в нее. Сама критика играла роль собирающей истины, выискивающей вечное и определяющее его на общем основании (достоинство, цена, идея литературного создания).

Мысли об эстетике того периода можно встретить в "Менцеле, критике Гёте", написанной в 1840 г., они не изменились толком, только сейчас стали глубже и обоснованней.

Насчёт поэзии Б. думает, что она должна отражать глобальные проблемы мира, человечества, века, чтобы каждый мог понять проблематику написанного. Та самая "божественная идея" осуществляется из-за художника, создающего произведение именно для этой цели.

Б. также отмечал, что все аспекты искусства не должны как-либо мешать друг другу, а развиваться мирно и параллельно, попутно критик ругает Менцеля за враждебность к Гёте из-за его взглядов на общественность и ее основные проблемы, к которым Гёте был равнодушен. Совершенно невыразительными и плоскими кажутся критику романы Гюго, Жорж Санд, недооценивается им и Гейне, Берне, Лермонтов.

Грибоедов не полюбился Б. больше всего, из-за комедии Грибоедова, где он высмеивает действительность, критик крайне плохо отзывается о нем. Ему просто не понятно, как можно нападать на действительность. Поэзия является для него родственником философии и мышления из-за одинакового наполнения, а именно истины. Истина появляется в поэзии в качестве образов.

"Горе от ума" призналось Б. нехудожественным произведением, поскольку он не увидел цели в самом произведении, а вне произведения цель существовать не может. У Грибоедова цель извне была. Какая же? Высмеять общество с его пороками и обличить его. Для критика общество не могло ошибаться, общественность стояла всегда порядком выше одной личности. Политика являлась для него дурным занятием, оставленным для глупых людей. Но во всей этой непонятной последовательности суждений всё же сохраняется логика, хоть Б. и не был философом в привычном понимании вещей.

Из философии брал он только нужно, то, что может помочь его суждениям подтвердиться. Его мировоззрение, непосредственно связанное с Шеллингом, Фихте и Гегелем основывалось на том, что мир есть проекция чего-то вечного, реальность является идеальным вариантом жизни, а существование - это только призрак и мечта с отрицанием.

Но с помощью этого неведомого призрака не получится что-то узнать о божестве, оно реально, но непостижимо. Поскольку эта идея вечна и абсолютна, то она является ещё и разумной, одушевлённой. Путь изучения всего не может быть логической системой, это скорее мучительные искания, полные страсти и желания.

В 1841 г. наконец происходит пробуждение от мыслей о бесконечной идее, Б. пишет Боткину, что понял недолговечность философии Гегеля, хотя та и была великим моментом.

рекомендуем сервисный центр