Владимир Коркунов

«Савёловский цикл» Осипа Мандельштама в пространственном преломлении

Пребывание О.Э. Мандельштама в Кимрах (Савёлове) в 1937 году и его последний — савёловский1 — цикл стихотворений остаются недостаточно изученной темой. До 1970 года (даты публикации первого тома «Воспоминаний» Н.Я. Мандельштам) об этом этапе его жизни знали преимущественно друзья и — редкие на ту пору — исследователи; до 2009-го — во всех биографиях и статьях и вовсе ошибочно указывалось местопребывание2.

рекомендуем техцентр

Между тем, Кимры — а Савёлово вошло в их состав в 1934 году, за три года до приезда сюда Мандельштамов—дают благодатную почву для изучения жизни и твор­чества О.М.: и в контексте выявления локального текста, и в биографическом пре­ломлении. Присутствует и мифотворческий элемент.

Так, если оценивать летне-осенние месяцы 1937 года с географической точки зрения, то локация, в которой оказалась опальная семья, — безусловно, Кимры. Но если обратиться к литературным координатам, то перед нами — несуществующий в реальном пространстве поселок Савёлово и, как следствие, «Савёловский цикл» (в котором одно стихотворение не имеет отношения ни к Кимрам, ни к Савёлову3).

  • Это определение для послеворонежских стихотворений О.М. предложила В.А. Швейцер (Вопросы литературы, 1990, № 4).
  • Собственно, нам и удалось отыскать документ, который свидетельствовал, что в 1937 году поселка или деревни Савёлово, о котором писали и Н.Я. Мандельштам, и П.М. Нерлер, и О.А. Лекманов (и, разумеется, другие), уже не существовало. См.: Со­брание узаконений и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства РСФСР. — 20 авг. 1934. — № 313 — Ст. 185. — С. 246. (Коркунов В.В. «Пароходик с петухами». О пребывании Осипа Мандельштама в Кимрах. Предисловие Беллы Ахмадулиной // Знамя, 2009, № 2.) Это уточнение было принято мандельштамоведением. Так, в новых книгах П.М. Нерлера «Слово и “дело” Осипа Мандельштама» (М.: Петровский парк, 2010) и «Con Amore: этюды о Мандельштаме» (М.: НЛО, 2014) уже обозначен приоритет Кимр — со ссылкой на наше исследование.
  • К «савёловским» стихотворениям Викторией Швейцер приписан текст «С примесью во­рона — голуби...», созданный в Москве — до прибытия четы Мандельштамов в Кимры. [1]

Отметим и неканоничность текстов — «Савёловский цикл» найден исследова­телями в разных хранилищах; стихотворения записаны не самим поэтом, а его ро­мантическим увлечением той поры Е.Е. Поповой[2] и С.Б. Рудаковым[3] [4].

I

ДАЧНЫЙ ПЕРИОД,

ИЛИ ДОМИК С ЗЕЛЕНОЙ КРЫШЕЙ

Поскольку факты о пребывании Мандельштама в Кимрах уже изложены и нами, и предшественниками6, приведем их факультативно, дополнив, однако, новыми комментариями и неизвестным ранее фрагментом беседы со свидетелем пребыва­ния О.М. в Кимрах.

Итак, в Кимры Мандельштамы прибыли не позднее 26 июня 1937 г.[5] и посели­лись, арендовав дачу, на «низком» савёловском берегу вблизи железнодорожного полотна.

В моих архивах остался неопубликованный фрагмент беседы с Ю.Г. Стоговым (1928-2011)[6], который описал приблизительное расположение дома, где жили Ман­дельштамы:

«А на другой стороне (мальчик видел поэта в «старых» Кимрах. — В.К.), в Савё­лове, жила моя тетка по отцу. На углу, где поворот на гараж Савёловского завода[7]. С моста (соединявшего Кимры и Савёлово; появился в 1978 г. — В.К.) надо было повер­нуть налево, пройти метров семьдесят, затем свернуть направо. Дом на углу и был тем самым, в котором жил поэт. Там, у дороги, стоял большой дом, но Мандельшта­мы снимали не его, а маленький, находящийся за ним, с зеленой крышей. Дом Чусо­вых». К сожалению, ни филологические экспедиции, ни приезды в Кимры членов Мандельштамовского общества П.М. Нерлера, Ю.Л. Фрейдина, Л.Ф. Кациса, ни наши поиски — точного местоположения дома — в результате не дали.

«Чахлый лес», в котором, по воспоминаниям Н.Е. Штемпель[8], поэт читал ей «савёловские» стихотворения, мы обнаружили как севернее предполагаемого места проживания Мандельштамов (экспедиция с Ю.Л. Фрейдиным), как восточнее (экс­педиция с П.М. Нерлером), так и западнее — за полночи да «при стихах» можно было обойти всю эту территорию! (Южнее дома, если смотреть со стороны Кимр, текла Волга.)

В старом городе Мандельштамы покупали рыбу — у бакенщика Фирсова; в Савёлове молоко — у тетки Стогова (если верить его свидетельствам). Опальную семью навещали уже упомянутая Н.Е. Штемпель, а также Е.Е. Попова, ее супруг В.Н. Яхонтов, Е. Лахути (?), С.Б. Рудаков и др.

Мандельштамы покинули Кимры к ноябрю 1937 г.11 Транзитом через Малый Ярославец (где чета провела ночь) перебрались в Москву, а оттуда направились в Калинин (ныне Тверь) к Н.Р. Эрдману. 5 или 6 ноября поэт с супругой уже были там[9] [10].

Заканчивая непосредственно географическую часть, необходимо уточнить одну деталь. Основываясь на воспоминаниях Стогова, мы предположили, что спутника­ми Мандельштама, когда он пережидал летнюю жару близ электростанции (непода­леку от места впадения Кимрки в Волгу), были его супруга Н.Я. Мандельштам («жен­щина, которая уже появлялась с ним») и «балагур» — В.Н. Яхонтов[11]. Нерлер в моно­графиях[12] — ссылаясь, правда, на наш источник, — называет другую спутницу Ман­дельштама и Яхонтова — Е.Е. Попову.

Последнее сомнительно. Логично предположить, что Яхонтов знал о чувствах, разгорающихся между своей супругой и опальным поэтом, — автомобильные про­гулки, адресованные ей стихи, переписка... И вряд ли взял жену (или брал, если верить Стогову в том, что спутница появлялась неоднократно) с собой, отправляясь к приятелю, который, одновременно, являлся и ее кавалером. Справедливее кажет­ся версия, что Мандельштама — во время прогулки с Яхонтовым — сопровождала жена.

 

[1] авторе | Владимир Владимирович Коркунов родился в 1984 году в г. Кимры (Твер­ская область). Окончил МГУПИ, Литературный институт им. А.М. Горького. Состоял со­искателем кафедры истории русской литературы ТвГУ (научный руководитель А.Ю. Со- рочан). Стихотворения публиковались в журналах «Гвидеон», «Арион», «Лиterraтура», «Цирк “Олимп”», «Интерпоэзия», «Крещатик», «Дети Ра» и др. Рецензии и статьи в журна­лах «Новый мир», «Знамя» (первая публикация с предисловием Б.А. Ахмадулиной), «Воп­росы литературы», «НЛО», «Воздух», «Волга», «Просодия», «Homo Legens» и др. Кандидат филологических наук. Живёт в Москве.

[2] В архиве Е.Е. Поповой «Стансы» 1937 года отыскала Виктория Швейцер.

[3] Стихотворения «На откосы, Волга, хлынь...» и «Пароходик с петухами» были найдены в архивах С.Б. Рудакова и опубликованы Э.Г. Герштейн.

[4] Например: Мандельштам Н.Я. Воспоминания. — Paris.: YMCA-PRESS, 1982;

Лекманов О.А. «Осип Мандельштам. Жизнь поэта». — М.: Молодая гвардия, 2009 («Жизнь замечательных людей») — в этом издании, правда, кимрский период описан факультативно;

Нерлер П.М. «Con Amore: этюды о Мандельштаме». — М.: НЛО, 2014 и др.

[5] Швейцер В.А. Мандельштам после Воронежа //Вопросы литературы, 1990, № 4. С. 235.

[6]   Беседа с ним приведена в нашей статье «Пароходик с петухами.», в уточненном нами же виде — в монографии «Кимры в тексте». М.: «Академика», 2015 (С. 149-150) и в сборнике Мандельштамовского общества «Корни, побеги, плоды.». М.: РГГУ, 2015 (С. 286-288).

[7] В конце первой — во второй половине XX века на правобережье Кимр активно развива­лось градообразующее предприятие — Савёловский машиностроительный завод (до 12000 рабочих), в последние годы существенно сокративший объемы производства. К слову, бывшие сотрудницы Савёловского завода стали прообразами санитарок в цикле Б.А. Ахмадулиной «Глубокий обморок».

[8]  Швейцер В.А. Мандельштам после Воронежа. С. 238-239. А вот дом «ясная Ната­ша» нашла, и О.М. ей из окна улыбался: Штемпель Н.Е. Мандельштам в Воронеже. Вос­поминания. М., 1992. С. 15.

[9]  Мандельштам Н.Я. Воспоминания. Paris: YMCA-PRESS, 1982. С. 339.

[10]  Нерлер П.М. Слово и «дело» Осипа Мандельштама. Книга доносов, допросов и обвини­тельных заключений. М.: Петровский парк, 2010. С. 85.

[11]  Напр.: Коркунов В.В. Кимры в тексте. М.: Академика, 2015 (и в более ранних — газет­но-журнальных публикациях).

[12]  Напр.: Нерлер П.М. Con Amore: этюды о Мандельштаме. М.: НЛО, 2015. С. 447 (и в монографии «Слово и “дело” Осипа Мандельштама»). Здесь мы поправим Павла Мар­ковича, допустившего небольшую географическую неточность: говоря о домике бакен­щика, переправлявшего О.М. на савёловскую часть города, он написал, что тот нахо­дился на Вознесенской стороне; на самом деле Вознесенская сторона располагалась за Кимркой, а Мандельштамы переправлялись в Савёлово с Троицкой части города (по названию церкви).